Миротворец

Сериал «Миротворец» — это словно зеркальное отражение современного мира, где герои и злодеи растворяются в одной каше, а добро и зло сплетаются так тесно, что уже не понять, кто вообще кого спасает или разрушает. Так вот, только здесь главный персонаж — это настоящий парадокс: он одновременно суперзлодей и чуть ли не спаситель человечества, вечно ищущий своих внутренних демонов, и борющийся с ними, как с врагами на войне. Итак, сериал показывает его похождения с нечестью и справедливостью, где всё — приправлено патриотизмом, бьющим через край, а героизм превращается чуть ли не в среднестатистическую ежедневную работу. Вот только побочные сюжетные линии, как заблудшие котята, рвутся в разные стороны — то он борется с местными бандитами, то пытается урегулировать семейные отношения, где батя — это вообще отдельный персонаж-легенда, которому присвоена роль магического старца с многими секретами. Так вот, сюжет похож на карусель: однажды он остановится, чтобы переосмыслить своё существование, а завтра уже снова мчится навстречу опасности, в поисках очередной кровавой разборки или моральных принципов. И вот, сериал полностью пропитан гиперболой: герой — это не просто человек, а аллегория борьбы внутри каждого из нас, и, кажется, создатели даже напичкали его трюками с олицетворением добра и зла до отказа. Поэтому он иногда напоминает гиперболизированную пародию на героев боевиков, где хоть и пытаются нам доказать, что даже кровавый мессианец может быть чуть-чуть человечнее, чем кажется на первый взгляд, — да ведь это только съедобная маска. Ну и, разумеется, всевозможные сцены борьбы — это мини-отдельные феерии: взрывы, погромы, дуэли, а у главного героя — даже специальные навыки, которые зачастую выглядят так, словно его воспитали в школе специальных трюков и гиперболических драгоценных техник. Хотите подсказку? Его рука в каждом кадре ощущается как ударный молот, а его поступки — как смелые крымские бравурные песни. И, конечно, не обошлось без визитных карточек сериала — чрезмерных драм, эмоций, что заставляют вас сжимать зубы и одобрительно кричать из-за экрана: да, это именно то, что нужно для настоящего зрителя со спецэффектом внутренней борьбы и эстетической гиперболой. Вот так, создаётся впечатление, будто те, кто писал сценарий, решили разыграть на сцене некий гротеск и сатиру, чтобы показать, что, хоть и на грани маразма, эта история всё-таки содержит чуть ли не философский смысл, укоренённый в самой плотной и яркой гипертрофии героики, даже если внутри сверкает хаос.